100 м на воздухе. Зачем? Почему? Для чего? Можно совершенно безопасно сделать такое погружение на тримиксе. Мы это умеем и делали много раз. Для чего подвергать жизнь опасности, прекрасно осознавая, что может случиться. Вроде жизнь у всех сложилась, с психикой все в порядке, дети и даже внуки. Но почему-то надо.
Предыстория такова. Ныряем мы давно, собралась определенная команда друзей-единомышленников. Все прошли курсы ER (погружения в расширенных пределах), все прошли глубокий тримикс. Мы много ездим по миру, много и глубоко ныряем, но не везде есть гелий.

А добрый старый воздух есть везде. Палау – дошли до 85, Египет – сафари – 87, Мальдивы – 93. Конфигурация, единственно возможная в таких условиях: 15 литровый баллон за спиной, 12 литров под пузом. Сложнее всего было на Мальдивах, т.к. там нет рифов в красноморском понимании, декомпрессию часто проходишь в голубой воде, сильное течение – куда унесет, непонятно. В конце Мальдивской поездки ко мне подошла делегация и произнесла цифру с двумя нулями. Отказ. Недостаточное количество газов, течения, отсутствие команды поддержки и барокамеры. Вернулись домой, но мысль засела в голове. Что в интернете? Придурки, сумасшедшие, самоубийцы. После 80 ты труп и т.д. Читаем дальше. Рекордные спуски на воздухе на глубину 150 м, правда, в невменяемом состоянии из-за азотного наркоза. Погружение на воздухе 120 м + руководителей TDIс одним баллоном!!! (Семинар по подготовке инструкторов Багамы 1995г. Супер.) Хэл Уоттс, отец родной, основатель PSA, 129 метров в подводных пещерах на воздухе! Хэл рассказывает, что он имел удовольствие сопровождать под воду на глубины более 100м не менее 55 дайверов, причем без единого несчастного случая. Помимо всего прочего, PSA предлагает обучение глубоководным погружениям на воздухе до 91 м. Таки что мы имеем? Проблемы следующие.

  • 1.Высокое парциальное давление кислорода. 100 м – 11 атмосфер; 2,3 АТА. Много. Но. Учебник PSA: «Кратковременные спуски на глубины, где давление кислорода превышает рекомендованную величину в 1.6 АТА, часто осуждают; однако почти нет признаков того, что короткие экспозиции создают опасность кислородного отравления. Многочисленные исследования показали, что короткие (3-5 минут) воздействие исключительно высокого давления кислорода переносится без судорог». Нормы для ВМФ и боевых пловцов – 2 АТА+ с длительным воздействием. Были случаи, когда технические дайверы путали смеси, переходили на нитрокс на большой глубине, слава богу, вовремя спохватывались, но парциалка по кислороду зашкаливала за 4-5 атмосфер.
  • 2.СО2 – углекислый газ может спровоцировать наступление судорог в результате кислородного отравления ЦНС, а также усиливает действие азотного наркоза. Поэтому минимум движений на глубине, в начале подъема лучше поддуть компенсатора, меньше работать ластами, контролировать дыхание.
  • 3.Азотный наркоз – главная проблема. Ему мы и уделим основное внимание при подготовке.

Выводы. 100 м на воздухе – это, по мнению профессионалов, дайверов и кибердайверов, дурь, тупизм, кретинизм, непрофесионализм, это даже позорно и многим за это стыдно. Это реально опасно. Но это возможно.

Дахаб. Идеальное место, отличная материально-техническая база, береговая нырялка, отсутствие сильных течений, барокамера и т.д. Команда 8 человек, опыт погружений 10 лет, все тримиксники. Вопрос о нехватке средств на гелий не стоял, все, как бы это помягче сказать, люди категорически не бедные. Единственное но, от которого никуда не деться – это возраст. Лена Елагина и Сергей Петропавловский – 50, Дима Свеженцев, Олег Гринкевич – 50+, Алексей Олейников – 55+, каким-то образом затесалась пара молодых – Алексей Данилов и Олег Орехов – под 40.

Итак, октябрь, Дахаб. Относительно не жарко, народу очень мало, все на своих местах – козы, верблюды, бедуины и горы мусора.

День первый.

Прилетели ночью. Немного отдохнули, собрали спарки, декосмесь – EAN 50. Лайтхаус. 10 минут разобраться с грузами, улечься, покрутить краны на баллонах. Первое погружение, планируемая глубина 72-73 метра, донное время – 3 минуты. Падать и подниматься решили в голубой воде, поэтому минут 7 шли по компасу в море. Мутновато. Песочек. Декомпрессия составила порядка 20 мин., с учетом глубоких остановок дошла до 25. Проветрим воздух в спарке – 120-130 бар. Порядок.

День второй.

Каньон. Планируем 83-84 м, время на дне 2 мин. Поплыли на глубине 5 метров до конца каньона, свалилась прямо к Пещере Нептуна. Глубина 72 м, Олег Гринкевич рядом со мной с камерой, сильный хлопок, даже взрыв. Лопнула линза на боксе видеокамеры, хотя по паспорту глубина 150 м. Первые потери. Осталась одна камера у Тани Малкеровой. Дошли до запланированной глубины. Ощущения: спокойствие, умиротворение, кайф. Все действия контролируются. Декомпрессия 30 минут, остаток воздуха в спарке 100-110 бар. Норма. Комфортный дайв, светло, уютно. Вечером сходили в ночную Арку. Как оказалось потом, этого делать уже лет 5 нельзя (после гибели рекреационных дайверов, которые пытались это сделать). Но потихонечку все же можно.

День третий. BlueHole.

Глубина 91-92 метра. Время на дне порядка 30 секунд. Падаем с левой стороны колодца, оттормаживаемся на 70 метрах и потихоньку подкрадываемся к 90 м. Там дно, хоть и с уклоном, провалы по глубине исключены. Всплываем возле левой ноги Арки, ближе к стене, это визуальный ориентир, так легче сориентироваться. Все штатно, без приключений, темновато под Аркой, пригодились фонари. Интересно, что мой храбрый и тупой стингер на глубине 90 м показывал 0 минут бездекомпрессионного времени, потом выскочила 21 минута. Поднялись до 70 метров и ушли через Арку в море. В это время Таня Малкорова и Алексей Олейников должны были снять падение группы, уйти через Арку и на глубине 60 м снимать подъем. С глубокими остановками декомпрессия порядка 30 мин. Ощущения. Про себя ничего не скажу, мне некогда в них разбираться, надо контролировать себя и ребят. Визуально ничего неадекватного, никаких бессмысленных движений и действий. Нет страха, паники, измены. Восторга и желания уйти глубже тоже нет. Полная концентрация. Даже поозирались по сторонам, полюбовались аркой. Супердайв, один из лучших.

День 4. Не пора ли нам пора?

Вроде готовы. Физически, морально, психологически. Усталости пока нет. Пробежки с утра по 10 км через день (итого 40 км за Дахаб) не в счет. Несколько раз проверили газоанализатором спарки и стейджи. Все-таки Восток – дело тонкое, забить могут все что угодно. Брифинг. Попросил все взвесить, напомнил об опасности, сказал, что в случае чего, можем не вырулить, напомнил о детях и внуках. Не действует. Все. Поехали. Тачдаун. Максимальная концентрация. Осознанный риск. Таня Малкерова и Леша Олейников – видео, глубина 60 метров.

Спуск. 70 метров – остановка, собрались. Пошли дальше. Олег Гринкевич упорно лезет впереди меня, хватаю его за манифолд, торможу. 90 метров. Дальше крадемся. 100-101м. Слышу звук поддуваемых компенсаторов, идем наверх. 90 метров. Рядом стена, все нормально. Оглядываюсь. Батюшки, богатырушка наш стоит посреди колодца, гребет ластами, но наверх не поднимается. Иду вниз, подплываю. Преданно смотрит в глаза, вроде адекватен. Беру за манифолд, идем наверх. На 80 метрах отпускаю, все в норме. Слава богу. Смотрю на компьютер. Темновато. Посветил фонариком. Не понял. Показывает 68. Думаю, наверное, дурканулся. Подплываю к Олегу Орехову, у него два компа, один возьму себе. Смотрю, и у него то же самое. Выходим из Арки, 55 метров. Первая остановка. Ищу Таню и Лешу. Нет. Первая мысль, как бы чего не случилось. Неспокойно на душе. Поднимаемся выше, 18 метров – ныряет с поверхности Лена. Переходим на EAN 50. Делаем это позже, на 15, т.к. большая нагрузка по кислороду. У Сергея выдавливает О-ринг на манометре, дикие пузыри. Ничего страшного, открыл вентиль, вдох, закрыл. Плюс 90 атмосфер воздуха в спарке. Идем к перешейку. Ура. Вижу Таню и Лешу, которые все время находились на 60 метрах, над нами, но пузырей от нас они не видели. Вышли из колодца через Арку, вернулись обратно. Пузырей нет. Ушли опять в море и стали ждать.

Теперь полный порядок. Долгая декомпрессия, времени навалом, смотрим рыбок, флора и фауна, однако. Думаю, почему на 92 метрах выскакивает порядка 25 минут деки, а на 100 м. Сразу 60. Может, через нули программа работает по-другому.

Подплывают какие-то технари, тычут пальцами на пузыри из стейджа Сергея. Показываем, все ОК. Что надо, непонятно. Общее время дайва – 150 минут, решили перестраховаться, поплавали подольше. Выходим на берег, никаких эмоций. Разбор полетов. Делимся впечатлениями. Имеет место следующее. Искажение зрения, слуховые галлюцинации, ощущение алкогольного опьянения, кайф, нежелание всплывать и другие прелести. По себе скажу. Сотка - совершенно другой качественный уровень, чем те же 92 метра.

Все по-другому, все гораздо сложнее, страшнее. Невозможно полностью и адекватно контролировать ситуацию. Стремно.

День пятый. Большой Каньон.

Глубина порядка 55 метров. Декомпрессия 40 минут. Фан-дайв.

День шестой.

Поездка на корабле на юг. Очень красивый каньон, прекрасный сад горгонарий. Немного подурачились, взялись за руки, образовав круг. 8 технарей, образующих формацию, что-то новенькое.

День седьмой. Арка.

Глубина 70 метров. Снимаем падение и подъем группы для видео. Я уже расслабился, и тут Леха Олейников заявляет: «А я?!»

Все это время Алексей нырял с Таней, снимали видео и страховали группу. Ладно, будем нырять Леху.

День 8. BlueHole.

82 метра. Донное время 1 минута. Нас семеро + Леха.

День 9. BlueHole.

Крайний день. Не будем тянуть кота за хвост. 91 метр. Все семеро смотрим на Леху, страхуем его и любуемся им. 57 лет все-таки. Молодец.

После деки опять беремся за руки, формация как у парашютистов. Сверху ныряет Лена в центр круга, снимаем, фотографируем. Все. Отныряли.

Послесловие.

За 9 дней у нас было 2 погружения 80+, 2 погружения 90+ и одно на 100м. Пока писал текст, понял, зачем мы все это затеяли. Да просто пришло время это сделать. Мы не считаем, что это круто, мы не пытаемся помериться с кем-то манифолдами. Мы шли к этому 2 года, постепенно наращивая глубину и приобретая опыт сверхглубоких погружений на воздухе. Все мы технические дайверы, прекрасно осознавали опасность, которой подвергались. Это – осознанный риск. Мы сделали это максимально безопасно и, несмотря на возраст не было ни одного симптома ДКБ, не было ни одного ЧП. Это погружение планировалось задолго до поездки, это не был спонтанный нырок «туда». Мы были готовы физически и морально. И еще. Один из важных факторов успешного погружения – это «как встанут звезды». Со звездами, слава богу, было все в порядке. Я испытываю чувство глубокого удовлетворения от проделанной работы. Для меня было честью нырять с вами. Это – Елена Елагина, Алексей Олейников, Олег Гринкевич, Сергей Петропавловский, Дмитрий Свеженцев, Олег Орехов, Алексей Данилов и Татьяна Малкерова.

P.S. Я ни в коем случае не призываю никого ломиться на сотку на воздухе. Это опасно, шансы не вернуться возрастают десятикратно. Физиологию не обманешь. Кроет, и очень сильно. Многократно увеличивается возможность совершение ошибки, которая может стать фатальной. Стремно.

Максим Жиляков.